6. Стратиграфия и хронология (5)

Время усиления оборонительной системы Калос Лимена, условно связываемое с периодом внутриполитических смут и угрозы со стороны соседних номадов [IosPE, I2, № 402], уточняется благодаря находке в заполнении башни 3 на восточном фланге обороны двух монет истрийской чеканки: л.с. Аполлон сидящий на Омфалосе, опирающийся одной рукой на лук, держащий в другой стрелу – Об. с. Орел клюющий дельфина, “ISTPIH” Они датируются в пределах конца IV – начала III вв. до н.э.[Pick, 1898, NN 478 – 480, 152 – 153, табл.III,4; Мушмов,1912, с.12, табл. П,10; Preda, Nubar,1973, p. 43,44.,pl. IV,9; VI,6].
Период “В”2, связываемый с расцветом херсонесской Прекрасной Гавани заканчивается в конце первой – начале второй трети III в. до н.э., что связано с нападением номадов на хору Херсонеса Таврического. Стратиграфически почти повсеместно (за исключением центрального района памятника) фиксируются следы разрушений и пожаров. Над полами жилых домов залегают слои золы и угля толщиной от нескольких сантиметров до 0,25 м. Их перекрывают значительные по мощности массивы суглинка, являющиеся ничем иным как развалами сырцовых стен построек. В тех местах, где следы горения не фиксируются, рухнувшие кладки из необожженного кирпича залегают непосредственно на самих поверхностях зданий, а также улиц.
Археологический материал представлен разнообразными находками. Амфорные комплексы (выбросы из сгоревших домов) включают в себя тарные сосуды Хиоса (с колпачковыми ножками) (рис. 70,3) и Менде (рис.70 ,2),[1], датируемые второй – третьей четвертями IV в. до н.э., амфоры Синопы вариантов 34 А по И.Б.Зеест [1960, табл. ХIV, 34 а] и II С по С.Ю. Монахову [Monachov, 1994, р.130,131, fig. 5,6; Монахов, 2003] (рис. 70, 4, 6)[2], а также Херсонеса. Последние относятся к типам 1А – В, бытовавшим на протяжении последней четверти IV — начала II вв. до н.э. (рис. 71). Чернолаковой керамики сравнительно немного: одноручные чашки; миски; канфары, светильники и солонки (рис. 72). По комплексам Афинской агоры она датируется, в основном, второй половиной IV в. до н.э. Подобное, однако, не редкость и на других памятниках, прекративших свое существование в III в. до н.э. В комплексах также найдены многочисленные столовые сосуды херсонесского и синопского производства, которые относятся ко времени конца IV – первой половине III вв. до н.э. (рис. 73; 74).
Среди керамических клейм из слоя пожара первое место занимают штампы Херсонеса Таврического. Они представлены по группам: 1А (325 – 315 гг. до н.э.) – Эвклейд (1), Кратон (1); 1Б (315 – 300 гг. до н.э.) – Герогейт (1), Ксанф (2); 1 В (300 — 285 гг. до н.э.) – Ксенон (1), Полистрат (1); 2 А (285 – 272 гг. до н.э.) Герократ сын Невмения (2), Катутий (1). Найдено два клейма “DАМОС1ОN”, которые В.И.Кац датировал в пределах первой трети III в. до н.э. [Кац,1994, с.80]. Обнаружены монограмные оттиски “НРА”, обычно сопутствующие астиномным клеймам групп 1 Б – 2 А [Кац,1994, с.77,78].

[1] Во всех случаях ранние тарные сосуды носят на себе следы очень длительного использования (отбиты профильные части, следы ремонта, сильная потертость с внешней стороны корпуса)

[2] Еще один широкогорлый сосуд  (рис. 70, 5)   по глине также явно принадлежит к продукции мастерских Синопы. Остается неясным, на основании чего С.Ю.Монахов  в своей работе отнес его ко II в. до н.э.                     [Монахов, 2003, с.156], ведь так называемый “разновременный” комплекс датирован авторами раскопок не поздней первуй трети III в. до н.э.[ Кутайсов, Уженцев, 1994].